mgsupgs (mgsupgs) wrote in engineering_ru,
mgsupgs
mgsupgs
engineering_ru

Инженер Бари

Оригинал взят у mgsupgs в Инженер Бари


Россия последней трети позапрошлого и начале прошлого века была открытой страной. Если при Николае Павловиче выезд за границу строго контролировался, а власти могли потребовать от любого гражданина вернуться в страну (и именно на его правление приходятся саркастические наблюдения Астольфа де Кюстина), то при его сыне стало можно ездить в Европу, подолгу там жить, и ряд карьер российских предпринимателей, деятелей искусства, даже правительственных чиновников этого времени включал в себя продолжительное проживание за рубежом. Некоторые русские возвращались на родину, имея в кармане паспорт гражданина Северо-Американских Соединенных Штатов.

Оригинал взят у alliruk в Российско-американские сюжеты и подкорректирован с помощью вики.


Одним из таких людей был инженер Александр Вениаминович Бари, один из самых интересных людей своего времени, близкий друг  Шухова и Толстого, Менделеева и Жуковского, Худякова и Чаплыгина,  Шехтеля и Рерберга. Для волгоградцев он интересен еще и как производитель нефтеналивных резервуаров для "Нобелевского городка", а также основатель судостроительного завода в Царицыне.

Александр Вениаминович Бари был гражданином Североамериканских Соединенных Штатов и - в то же время - выдающимся российским инженером и предпринимателем.

Автограф Б.Л.Пастернака на книге «Борис Пастернак. Девятьсот пятый год. М.; Л.: Госиздат, 1927»
По воспоминаниям семьи Бари, их род вышел из Франции и поселился в России. Вениамин Матвеевич Бари родился в 1817 году в Литве, получил образование в Германии, преподавал иностранные языки (знал около 12 языков). Он был либерально настроенным человеком, лично знакомым с К. Марксом и состоял с ним в длительной переписке (она была уничтожена, когда семья возвращалась в Россию). В 1862 году из-за политических преследований (по некоторым данным, именно из-за переписки с Карлом Марксом) Вениамин Матвеевич вместе с женой Генриеттой Сергеевной и детьми покинул Россию и переехал в Цюрих, а в 1865 году - в США.

Александр Вениаминович родился в Петербурге 6 мая 1847 года, став вторым сыном в семье. По семейному преданию, Александром его назвали в честь покровителя отца – ученого-энциклопедиста Александра Гумбольдта. В Цюрихе он сначала окончил гимназию, а после, в 1870-м – Политехническую школу. Затем было решено отправиться в Америку к семье. Не имея денег на дорогу, он устроился помощником механика на пароход. В САСШ Александр принял американское гражданство и устроился на работу помощником инженера на одном из заводов в Детройте.

Позже Александра Вениаминовича пригласили в техническую контору Филадельфии на должность инженера. В 1875-1876 гг. он принимает участие в кон­курсе по устройству павильонов Всемирной выставки в Филадельфии, посвященной 100-летию независимости Североамериканских Соединен­ных Штатов, где получает Гран-При и Золотую медаль.

Вскоре Александр Бари становится председателем филадельфийского инженерного общества и весьма состоятельным человеком.

На филадельфийскую выставку приезжает и представительная делегация из России. Александр Бари знакомится с группой преподавателей и специалистов Императорского Московского технического училища (ИМТУ), куда входили: профессоры Ф.Орлов, П.Панаев, Ф.Эшлиман, инженеры-механики В.Шухов (вчерашний студент, подающий большие надежды), В.Малышев, Д.Советкин. Эта встреча предопределила крутой поворот в его дальнейшей жизни.

Александр Бари взял своеобразное шефство над русскими инженерами: оказывал разнообразную помощь в закупке лабораторного оборудования, станков и инструмента... Это плодотворное сотрудничество получило продолжение. В знак признания заслуг и "сообразуясь с готовностью господина Бари быть на будущее полезным техническому училищу", его избирают в 1877 г. членом-корреспондентом педагогического совета ИМТУ.

Филадельфия стала не только местом профессионального успеха Александра. Здесь он познакомился с Эдой фон Грюнберг, ставшей его женой. Это было еще одной нитью, протянувшейся между ним и Россией. Эда фон Грюнберг была из немецкой семьи, переселившейся в Россию еще при Екатерине, а в Филадельфию она приехала со своей старшей сестрой Верой, вышедшей замуж за старшего брата Александра. В семье Эду звали Зиной.


А.В. и З.Бари, Филадельфия, 1870-е гг.

Она хотела вернуться домой, в Россию. Так, несмотря на успешно начатое в Филадельфии дело, в 1877 году семья Бари принимает решение вернуться в Петербург.


Александр Вениаминович и Зинаида Яковлевна Бари

Летом того же года Александр Бари вместе с женой Зинаидой и дочерью Анной возвращается в Россию, в Санкт-Петербург, сохраняя, однако, американское гражданство.

Вначале он вместе с младшим братом Вильямом, выпускником Санкт-Петербургского Горного института, создает небольшое предприятие по проектированию и производству электродвигателей, продукция которого, однако, оказалась невостребованной для тогдашней России. Что, впрочем, неудивительно, так как первая отечественная электростанция была построена только два года спустя, в 1879 г., для освещения Литейного моста в Санкт-Петербурге.

Знакомство с Николаем Сытенко, отставным инженером-подполковником, членом Императорского Русского технического общества (ИРТО), предопределило новое направление деловой и инженерной деятельности - Александр создает фирму "Бари, Сытенко и Ко" для участия в строительстве объектов бурно развивающейся российской нефтяной промышленности и переезжает в Москву.

File:Bari (1907).jpg


13 сентября 1880 года в канцелярию московского генерал-губернатора было подано прошение инженера Александра Бари, отставного инженера-полковника Николая Сытенко, титулярного советника Николая Рубинского «О разрешении устройства и открытия нефтяного завода в Московском уезде". 19 ноября документы были подписаны. Впоследствии для управления деятельностью завода учреждается Товарищество Русско-Американского нефтяного производства. Товарищество занималось переработкой бакинской нефти. В Кусково была организована первая гонка нефти. На заводе было восемь нефтеперегонных кубов, вырабатывавших керосин, астролин (обезвоженный керосин), смазочное масло, минеральный деготь.

Уже на Всероссийской выставке 1882 года продукция Кусковского завода получает первую награду - бронзовую медаль «за нефтяные продукты весьма хорошего качества. С июня 1882 года консультантом завода по вопросам технического и химического производства нефтяных продуктов стал Дмитрий Менделеев. Менделеев внедрил здесь новый способ непрерывной перегонки нефти: он был основан на использовании теплоты горячих нефтяных остатков с целью подогрева самой нефти, поступающей в куб особой конструкции. Вскоре, в том же году, Александр Бари продал свою долю акций «Товарищества Русско-Американского нефтяного производства» известному предпринимателю Петру Губонину.

В это время фирма Бари активно сотрудничает с известным предпринимателем Людвигом Нобелем. Ее проекты осуществляются в Баку и на Кавказе. Перспективы были захватывающие... Однако Бари хотел начать свое дело.

Уже в 1880 году он основал фирму "Техническая контора инженера А.В.Бари" (позднее ставшую известной как "Строительная контора инженера А.В. Бари"), куда на должность главного инженера и технического дирек­тора был приглашен тот же В.Г. Шухов.

Владимир Шухов и Александр Бари, 1880-е
Здесь Владимиру Григорьевичу Шухову были предоставлены условия для свободы творчества, а его изобретения находились под защитой фирмы, от реализации же своих изобретений через фирму Шухов получал проценты. Строительная контора оказыва­ла любые технические услуги от составления проекта до его вопло­щения в реальный объект, вскоре она приобрела известность в Рос­сийской империи и за ее пределами.

Уже спустя 5 лет фирма Бари, помимо котельного завода в Симонове, имела филиалы в Петербурге, Харькове, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге и других городах...

Одним из достижений плодотворного сотрудничества Александра Бари и ведущих инженеров стало появление новых теплоэнергетических установок. В 1883 году, работая с серией водотрубных секционных котлов известной американской компании, инженеры столкнулись с определенными трудностями, связанными с большим весом котлов, а соответственно, и сложностью их монтажа. Так возникло решение создать свою установку, и спустя несколько лет был изготовлен первый образец нового парового котла конструкции инженера Владимира Шухова. Его отличали малая металлоемкость, хорошая транспортабельность и низкая стоимость. Чтобы наладить серийное производство эффективных паровых установок, было решено начать строительство предприятия, получившего название «Котельный завод А.В. Бари». Завод расположился в Москве, в Симоновой слободе, недалеко от стен древнего Симонова монастыря.
File:Bari House.jpg

В феврале 1894 года А.В. Бари обратился в Московское Губерн­ское Правление с просьбой выдать ему "на производство работ уста­новленное разрешительное свидетельство". Завод строился, чтобы про­изводить стальные котлы, железные резервуары и другие клепаные предметы, а также производить медную отливку и механическую обра­ботку принадлежностей к ним. К февралю 1894 году был выстроен главный корпус завода: одноэтажное каменное здание, крытое желе­зом, состоящее из двух круглых корпусов, каждый диаметром 21 са­жень, и корпуса посередине. Механический завод приводился в действие паровой машиной, для которой пар создавался двумя котла­ми системы Шухова. Отопление производилось нефтяными остатками, которые поступали из находящихся рядом складов Восточного Общест­ва.

Оригинальность мышления и необычный подход отличали производство Бари от других промышленных предприятий того времени. Для рабочих, трудившихся  на котельном заводе в Симонове, были созданы особые условия. По мнению А.В. Бари, основным злом русской промышленности являлось отсутствие русских образованных специалистов, управляющих и мастеровых.

Предусматривалось до 300 человек рабочих, живущих на наемных квартирах. Врачебной помощью рабочие пользовались в городской ле­чебнице по имеющимся у них больничным контрамаркам. На заводе бы­ла выстроена амбулатория, где каждый день находился фельдшер (жил при заводе), два раза в неделю приезжал врач Левенталь. Выходным днем, наряду с другими праздниками, считался Никола Зимний (куз­нец, это был профессиональный праздник рабочих-металлистов).

Рабочие завода Бари

А вот как описывает порядки у А.В. Бари журналист Б.Б. Глинский, которому в 1896 году "удалось побывать на заводе, где был введен совершено новый строй рабочей жизни".

«Я не стану по недостатку места описывать оригинальной постройки этого завода, с его крышей в виде опрокинутой воронки широкого диаметра, еще не оцененной нашими инженерами, не стану описывать и, так сказать, лагерного, подвижного способа работать во всевозможных углах России фирмы почтенного инженера. Остановлюсь лишь на рабочем режиме, установленном энергичным хозяином. Рабочий день на заводе г. Бари измеряется всего лишь десятичасовой работой, причем это сокращение рабочего времени не имеет никакого влияния на размер заработной платы: она выше платы на остальных фабриках на 10%. Система штрафного наказания совершенно здесь изгнана, а увольнения рабочих практикуются только в исключительных случаях. Рабочие получают в день от завода совершенно бесплатно по 6 кусков сахару на человека и чай 2 раза в день, без всякого ограничения порции, а также обед, состоящий из двух блюд: 1) супа с мясом (порция Ѕ ф.) и 2) каши с салом, причем хлеба можно потреблять вволю.

Я явился на завод экспромтом с одним из своих товарищей по работе исследования торгово-промышленной Москвы и регистрации фабрик и застал рабочих за обедом. Представьте себе длинный деревянный барак (к сожалению, несколько темноватый), где за столами, разделенные на десятки, с своими десятскими во главе, сидят тихо, чинно целых 700 человек. Ложки быстро мелькают в воздухе. И проголодавшиеся на тяжелом труде рабочие вволю насыщаются вкусным, здоровым и бесплатным обедом. Не думайте, чтоб их порции супа (при мне была картофельная мясная похлебка и каша) были на немецкий манер аккуратно развешаны и определены. Нет — хочет десяток еще есть, десятский берет опорожненную миску, идет к буфетной стойке, и фельдшер, наблюдающий за кухнею, наливает новую: кушайте, мол, братцы, на здоровье, набирайте сил — они нужны заводу.

Не думайте, говорил мне при свидании А.В.Бари, чтоб мною руководили какие-нибудь филантропические затеи. Я кормлю рабочих за свой счет потому, что мне это выгодно. Их еда (9-10 коп. на человека в день) меня не разорит, а напротив, дает прибыль на количестве и качестве работ. Я экономизирую здоровье, время, расположение духа рабочих и тем выиграю только в барышах. Подумайте только: русский рабочий, существовавший доселе впроголодь и кормившийся разной мерзостью, вдруг получает вволю хлеба, мясной суп, кашу и излюбленный им чай, — подумайте только, каков отсюда должен быть подъем его духа, его самочувствие, и вы поймете, почему он работает у меня самым добросовестным образом и почему случаи увольнения с моего завода редки. Здесь не возникнет вопроса о стачках, и я решительно не знаю, как отбояриться от предложения рабочих рук. Большинство моих рабочих живут у меня годами, а есть и такие, которые всецело принадлежат заводу уже десять-двенадцать лет и которые успели, благодаря существованию сберегательной кассы, скопить себе тысячный капитальчик.

Действительно, подъезжая к заводу, вы уже издалека видите большой аншлаг, оповещающий о существовании сберегательной кассы государственного банка при заводе г. Бари. Еженедельно, по субботам, сюда приезжает чиновник ко времени расчета и принимает от рабочих сбережения, пока те еще не перешагнули порога конторы и не успели насладиться прелестью соседних кабаков.

Приемный покой при заводе представляет собою образец порядка и чистоты, но что важнее всего — заболевшие рабочие сохраняют свою заработную плату в течение первой недели в полном размере, а потом в половинном. Этот остроумный и гуманный порядок повел к тому, что количество больных на заводе значительно сократилось: рабочему нечего перемогаться, и он прямо идет к доктору. Два-три дня полного отдыха на хорошей пище быстро восстанавливают железное здоровье русского мужика, и он спешит из скучной больничной комнаты снова к своему молоту и станку. Семьи умерших также не остаются на миру: завод принимает на себя заботу о них, и вдовы, в виде пожизненной пенсии, получают половину годичного заработка покойных мужей. Нечего и говорить, что европейски образованный инженер г. Бари сумел устроить на заводе усовершенствованные ретирады, дезинфицируемые паром, отличную вентиляцию и прекрасное освещение всех отделений завода. В текущем году г. Бари имеет в виду устроить для рабочих квасоварню и бесплатную баню.

Два часа, проведенные мною здесь, на заводе, на живописном берегу Москвы-реки, остаются лучшим воспоминанием моей московской поездки: я видел уголок, где русскому чернорабочему живется сытно и хорошо, где около него имеются интеллигентные люди, которые ценят его и как силу нравственную, и как великолепное живое орудие производства. Если бы пример г. Бари, основанный на практическом и умном расчете, нашел себе побольше подражаний... Но пока, увы! Такие, как г. Бари, более чем малочисленны...»


По воспомина­ниям дочери Бари Лидии, в обед свободно выставлялась даже водка в графинах: хочешь выпить 50-100 грамм - не возбраняется, если зна­ешь меру.

По воспоминаниям жителей слободы, на заводе Бари был гудок, который оповещал о начале рабочего дня. Работали на котельном за­воде, в основном, выходцы из города Гороховца Владимирской губер­нии (как отзвук участия завода Бари в Парижской выставке, в Гороховце до недавнего времени даже ходила легенда,  что  его  жители строили Эйфелеву башню).

 * * *
Фирма Бари росла и уже могла не просто покупать и продавать технику, но и выполняла сложные проекты, которые требовали необычных инженерных решений. Важнейшим направлением деятельности «Технической конторы» становится проектирование и строительство резервуаров для нефтепродуктов. В те времена проблема хранения нефти для отечественной промышленности стояла весьма остро. Каменные погреба и амбары уже не могли обеспечивать ее качественного хранения, а металлические резервуары зарубежного производства были неудобны в эксплуатации, да и дороги.

И вот решение проблемы нефтехранения найдено. В «Строительной конторе А.В. Бари» появляется новая методика проектирования резервуаров минимального веса на облегченном основании, авторство которой принадлежит Владимиру Шухову. По словам профессора Императорского московского технического училища Петра Худякова, это была «школа рациональной постройки нефтяных резервуаров на строго экономичных началах».

Проектные работы подразумевали создание специальных таблиц, с помощью которых можно было определять объем резервуара, тип, расход металла, стоимость материала и строительства. Для раскроя листа и разметки отверстий использовались специальные шаблоны. Впервые в мировой практике была внедрена поточная сборка цилиндрических емкостей из металлических стандартных элементов. Они сразу же привлекли внимание русских промышленников и зарубежных специалистов. Для сравнения: толщина стенки в производимых резервуарах составляла 4 мм, тогда как в немецких эта цифра была 5 мм, а в американских – 6,35 мм. Объемы производства росли – только за два года работы было изготовлено 130 резервуаров нового образца.

Нефтяные резервуары, построенные конторой Бари, придали новый облик многим поволжским городам. Вот что писал об этом журнал «Русское судоходство» в 1888 году: «Кто видел Сормово в прошлом году, тот не узнает его в нынешнем. Это целый городок нефтебаков». Всего за 30 лет своей деятельности контора инженера Бари построила в России 3 240 металлических резервуаров общей емкостью 178 млн пудов.

Другим перспективным направлением деятельности конторы Александра Бари с 1885 года стало участие в создании Волжского нефтеналивного флота на собственных верфях в Саратове и Царицыне. Как известно из истории, первые наливные перевозки нефти осуществили братья Николай и Дмитрий Артемовы в 1875 году. Их опыт быстро подхватили волжские судовладельцы. Но деревянные баржи, переделанные под транспортировку нефти, не были надежными.

Понимая это, судостроители работали над созданием стальных транспортировщиков нефти. Первые баржи, по свидетельству современников, напоминали своей формой огромные 25-саженные утюги. Как следствие, при транспортировке такие баржи постоянно отклонялись от прямого курса, двигаясь зигзагами.

Нужно было по-другому решать проблему транспортировки нефти, и здесь оказались нужными новые принципы резервуаростроения инженеров «Строительной конторы А.В. Бари» – их наработки были перенесены  в речное судостроение. И вот в 1885 году по заказу судовладельцев Баранова и Шитова были построены две металлические нефтеналивные баржи грузоподъемностью 40 и 50 тыс. пудов.

Баржа

Инженеры конторы А. Бари изобрели свой рациональный тип нефтеналивной баржи: ее носовой части была придана ложкообразная форма, кормовая часть выполнялась со значительным подбором. Впервые в корпусе была создана своеобразная кессонная система из перекрещивающихся продольных и поперечных балок, применены конструктивные и несущие элементы надстройки и перегородок для создания дополнительной жесткости. Точные чертежи барж создавались в Московской головной конторе, а непосредственный раскрой по лекалам и само строительство (как правило, поточным методом– от пяти до десяти барж одновременно) велись на верфях сначала в Саратове, а затем и в Царицыне.

Нефтеналивная баржа Бари в Саратовском затоне (120 м)

Одним из значимых судостроительных объектов было строительство в 1890 году двухвинтового танкера для пароходного общества Г. Меркурьева. Танкер предназначался для перевозок 40 тыс. пудов керосина, длина этого «речного великана» составляла 85 м, ширина – 11м. Всего за 30 лет деятельности строительной конторы было построено 65 нефтеналивных барж.

Кроме Шухова, который был сотрудником фирмы, Бари привлекал к работе над проектами многих выдающихся ученых – Н.Е. Жуковского, П.К. Худякова, С.А. Чаплыгина, и со всеми  у него были теплые, дружеские отношения. Постепенно диапазон выполненных проектов расширялся: нефтепроводы, зерновые элеваторы, железнодорожные мосты, гиперболоидные сетчатые башни, металлические сетчатые перекрытия.

С 1892 г. контора А.В.Бари принимает активное участие в развитии сети российских железных дорог. К 1910 г. было построено 417 железнодорожных мостов, в том числе на Транссибирской магистали через Оку и Енисей, здания железнодорожных станций в Рыбинске, Астрахани, Лихоборах и многие другие объекты.

Это был период расцвета предприятия Бари, который постоянно вкладывал  все средства в дальнейший рост и развитие своей фирмы. Его труды были признаны – 19 апреля 1894 года Александр Бари был избран почетным членом Политехнического общества, объединявшего в то время лучших инженеров и техников.

Но самой яркой страницей за все время существования конторы Бари стало ее участие в подготовке и проведении Нижегородской Всероссийской промышленной и художественной выставки в 1896 году. Бари построил здесь несколько павильонов, которые привлекали внимание своей нетрадиционной формой металлоконструкций, оригинальность которых состояла в том, что их покрытия были образованы без прогонов, сильно натянутой, висячей, образованной из листовой стали сетью.

Всероссийская Нижегородская ярмарка. Гиперболоидная башня Шухова на фоне главного павильона. Нижний Новгород. 1896. Фото М.Дмитриева

На этой выстав­ке в Нижнем Новгороде фирмой Ба­ри были представлены экспонаты, выполненные на заводе в Симоновой слободе: паровой котел, павильоны с покрытием сетчатой конструк­ции и водонапорная башня высотой 32 метра. Эта башня стала родо­начальницей целого ряда подобных сооружений в последующие годы. Это была первая в мире правильно теоретически рассчитанная гипер­болоидная башня. Благодаря проектам Шухова и отличному исполнению экспонатов фирме Бари была присуждена высшая награда - право изобразить на своих проспектах и бланках Государственный герб России. В 1900 году уже на другой выставке в Париже Шухов был удостоен Почетного диплома и Большой Золотой медали. С тех пор изображение обеих наград неизменно присутствовало на бланках фир­мы Бари.

"Строительная контора инженера Бари" принимала участие в ре­конструкции Мытищинского водопровода, в строительстве Мытищинско­го вагоностроительного завода, музея изящных искусств имени Алек­сандра III, типографии И.Д. Сытина, Московского почтамта и многих других зданий. За 35 лет работы в России было построено по проек­там фирмы 3240 различных резервуаров для нефти и нефтепродуктов, более 20 комплексов зерновых элеваторов, свыше 4 000 водотрубных паровых котлов, свыше 415 железнодорожных мостов, 150 гиперболо­идных сетчатых башен.

Семья Александра Вениаминовича общалась с образованнейшими людьми того времени. В их доме всегда были желанными гостями уче­ные: Д.И. Менделеев, Н.Е. Жуковский, П.К. Худяков, С.А. Чаплыгин, архитекторы Р.Я. Клейн, Ф.О. Шейхтель, И.И. Рерберг.

Семья А.В.Бари

Дети Бари: Анна, Ольга, Евгения, Виктор, Лидия, Владимир. Москва. 1 января 1889

По своим убеждениям А.В. Бари был толстовцем. Его знакомство с Л.Н. Толстым состоялось около 1898  года.  А.В. Бари,  имея  американское гражданство, помог гонимой в России общине духоборов выехать в Канаду.  По воспоминаниям Евгении Бари, у Л.Н. Толстого "были знакомые из рабочих завода. Лев Николаевич хотел посмотреть на заводчика,  у которого рабочие участвуют в прибылях.  Он ездил на завод,  разговаривал с рабочими и Александром  Вениаминовичем. Приглашал приехать к нему в Ясную Поляну". Поездка в Ясную Поляну не состоялась,  но А.В.  Бари с дочерью Анной посетили писателя в Хамовниках
Семья инженера была знакома и с представителями литературной среды.  Его дочь Ольга Александровна состояла в переписке с исто­риком культуры М.О.  Гершензоном, Евгения Александровна была зна­кома с Андреем Белым.

Тем не менее в стране было неладно, и Александр Вениаминович это видел. Вспоминая времена молодости, когда он несколько лет жил в Швейцарии, он говорил жене: «Давай уедем, лучше быть кондуктором трамвая в Цюрихе, чем миллионером в России». А в сентябре 1905-го он писал: «Невесело теперь в России, а надо сидеть и терпеть».

Симоновка принимала учас­тие в вооруженном Декабрьском восстании. Она была полностью в ру­ках восставших и некоторое время там существовала так называемая "Симоновская республика". В это время в столовой Бари проходили собрания рабочих, с 9 на 10 декабря там размещалась "кавказская дружина" (состоявшая из студентов-кавказцев), которая 10 декабря вела перестрелку с отрядом городовых, переходивших Москва-реку.

Началом по-настоящему смутного времени стало покушение в августе 1906 года на главу Совета министров П.А. Столыпина. В то время Бари писал своим друзьям: «Мрак и  ужас впереди, картина печальная».

Несмотря на все усилия, Александру Вениаминовичу не удалось уберечь фирму от потрясений. Симоновка приняла участие в забастовке, а потом – в декабрьском восстании 1905 года. Дела шли все хуже. Спустя три года управляющим завода стал его сын Виктор Александрович.

Умер Александр Вениаминович Бари 6 апреля 1913 года, и был похоронен на Немецком кладбище.

После его смерти в газетах появились многочисленные некрологи. Вот фрагменты текстов, опубликованных в газете «Утро России»:

«...Достаточно сказать, что первый наливной пароход в России построен был по чертежам А.В.Бари. Первый паровоз с нефтяным отоплением был пущен на рельсы — тем же Бари.

...В Москве А.В.Бари устроил русско-американскую компанию керосинового завода, учредил московское нефтепромышленное о-во в Грозном, Мытищенский вагоностроительный завод и выстроил образцовый котельный завод близ Симонова монастыря. Организация “дела” Бари была так обширна и интересна, что он одновременно мог строить: мосты в Оренбурге, стальные баржи на Дунае и паровозные мастерские в Вологде.

...Особенно выдвинулся А.В.Бари, построив для казны все здания всероссийской выставки 1896 г. в Н.-Новгороде, огромный эллинг в Петербурге.

...При иных условиях, в другой стране А.В.Бари стал бы Пирпонтом Морганом или стальным королем — Карнеджи, но он был русский по духу, любил свою родину и, ворочая десятками миллионов, львиную долю своих доходов отдавал своим сотрудникам, рабочим и так щедро помогал бедным, что его стипендиаты буквально насчитывались сотнями...

7 апреля 1913 года».

После его смерти фирма перешла по наследству к З.Я.  Бари, а руководил ею по доверенности сын Владимир Александрович.
Очевидно, в период между Февральской и Октябрьской революци­ями заводоуправление завода Бари продолжало принимать активное участие в жизни района. 12 апреля 1917 Виктор Бари внес 3 тысячи рублей на нужды Симоновской управы по охране слободы и предприя­тий. Около 16 апреля было принято решение о передаче бывшей сто­ловой Бари под Народный дом. Там были организованы курсы по поли­тико-общественным вопросам, которые вела Е.А. Кораблева (заведующая просветительской комиссией и внешкольным образованием в райо­не), а в январе там проходили первые елки.

28 апреля 1918 года газета "Известия" напечатала о разобла­чении контрреволюционного заговора во главе с братом Виктора Бари Владимиром. Он попал в тюрьму, где, по воспоминаниям родных, си­дел в одной камере с великим русским актером В.И. Качаловым. Доп­рашивал его сам Дзержинский. Из тюрьмы Владимира Бари вызволил консул США, и он бежал за границу. Эмигрировали и Виктор Бари с семьей.



Мандат на управление котельным заводом получил В.Г. Шухов. Начинается строительство первых промышленных магистральных тру­бопроводов, сооружается знаменитая башня на Шаболовке (1922). Те­перь завод носит название "Государственный котельный завод "Па­рострой" имени В.М. Лихачева". В 1937 году заводом была разработана конструкция циферблата часов для Спасской башни и смонтирована в рекордно короткий срок.
File:L Sloboda 19A June 2010 04.JPG
Одно из сохранившихся деревянных зданий завода Бари

...К 2008 году все заводские корпуса были разрушены, на их месте ныне высится стекло-бетонная "Омега-плаза".

P.S.: Одна из дочерей Александра Бари - Ольга Бари-Айзенман - была талантливой художницей, входила в группу "Мир искусства".
Ольга Александровна Бари. Рим. 1903 — Ольга Александровна Бари-Айзенман. Звенигород. 1953.  Фото А.Дорошевича

Она прожила всю свою жизнь в СССР и практически не выставлялась.

Ольга Бари. 1894 г.

О.Бари. Пруд. Быково. 1916


О.Бари. Пляж в Геленджике. 1928

Источники: 1, 2, 3, 4, 5, 6
Tags: история, личности, производство
Subscribe
promo cruptorussia 08:18, Воскресенье Leave a comment
Buy for 210 tokens
По словам председателя Внешэкономбанка, именно за блокчейном будущее России. Эта технология позволит ускорить развитие страны. Первый места по развитию в мире может занимать не только в этом направлении, но еще и в когерентных, а также квантовых технологиях. Горьков отметил, что основным…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments